— А завтра? — спросил Вася.
   — А завтра, пожалуйста!
   Вася глянул на Митю:
   — Идем?
   Митя молча кивнул, поглядывая на Олега.
   Олег отказался:
   — Я не пойду с ними. Они будут щипаться. Я никуда не пойду.
   Вася стоял против Олега, стройный, красивый и веселый, и в его ясных больших глазах открыто для всех было сказано, что действительно Олег по дороге домой ничего хорошего ожидать не может.
   Начальник сердился:
   — Так куда тебя девать? Смотри, такой большой!
   — Я с вами буду, — прохныкал Олег, поглядывая на разведчиков.
   — Да черт с ним, пускай остается, от него никакого вреда.
   — Ну, а вы идите, — сказал начальник.
   Разведчики улыбнулись и двинулись домой. Они не успели спуститься с Мухиной горы, как в армии южан опять забили тревогу. Вася дернул спутника за рукав. Они остановились и оглянулись. Ясно: южане побежали драться. Вася шепнул:
   — Пойдем за кустиками.
   Они быстро полезли обратно. Спотыкались, падали, тяжело дышали. За последним кустом ярко горело на солнце брошенное знамя северян. Митя потянул за древко, и красное полотнище сползло к ним.
   — Теперь бежим, — шепнул Митя.
   — А я то возьму.
   — Чего это?
   — Ихнее возьму.
   — Да ну! А то кто стоит?
   — Да то Олег!
   Митя обрадовался. Он улыбался нежно, и его лицо сделалось красивым. Он обнял Васю за плечи и зашептал любовно:
   — Васятка, знаешь что? Знаешь что? Наше здесь полежит. Ты бери ихнее, а я его столкну. Хорошо?
   Вася молча кивнул, и они быстро понеслись в атаку. Олег оглушительно завизжал и покатился в пропасть с предельной скоростью. Вырывая знамя из песка, Вася успел посмотреть вниз: ни своих, ни чужих он не увидел, битва отошла далеко.
   Разведчики начали отступление. Они спустились вниз, но там стало труднее. Знамена были очень тяжелые. Догадались свернуть полотнище вокруг палок и легко потащили их между кустами. Они долго шли, не оглядываясь, а когда оглянулись, увидели на вершине Мухиной горы страшное смятение. Южане бегали по всей горе и заглядывали в каждый закоулок.
   — Бежим, бежим, — шептал Митя.
   Они побежали быстрее. Снова оглянулись — на горе никого. Митя затревожился:
   — Они все побежали за нами. Все побежали. Теперь, если поймают, отлупят.
   — А как?
   — Знаешь? Давай туда своротим, там густо-густо! Там ляжем и будем лежать. Хорошо?
   Они побежали влево. Действительно, скоро они попали в такие густые заросли, что с трудом пробирались в них. На небольшой прогалине остановились, задвинули древки в кусты, а сами рядом зарылись в песок и притихли. Теперь они ничего не могли видеть, только прислушивались; На заводе раскатисто-победно пропел гудок, — четыре часа. Не скоро донеслись к ним голоса преследователей, сначала неясные, далекие. По мере того, как они приближались, стало возможным слышать и слова:
   — Они здесь! Они здесь, — уверял один голос пискливо.
   — А может, они уже дома, — ответил другой, более солидный.
   — Нет, если б домой пошли, видно бы было. Там все видно!
   — Ну, давай искать!
   — Они сюда, они сюда полезли! Вот следы ихние!
   — Да, да.
   — Вот, вот они палку тащили.